После того, что случилось вчера, я завёл дневник. Особо приятно заполнять старые страницы. Тёмно-зелёная обложка красиво переливается в лучах солнца, пытающегося пробиться через тучи. Всё это мелочи, которые мне приятны, которые возвращают меня к реальности.

* * *

Как я уже рассказывал друзьям, вчера я встретил весьма странного мужчину. Конечно, в нашем городе ходит множество необычных людей, которые норовят нарушить твоё хмурое спокойствие, но этот мужчина отражал нечто другое, иное.

По дороге в ВУЗ меня остановил человек, на вид ему было чуть больше пятидесяти. В глаза сразу бросился его внешний вид : он был одет во фрак, идеально отглаженную рубашку, но больше всего выделялась красная накидка из неизвестной мне ткани и ботинки, которые слепили мои глаза(настолько они чисты и лакированы). Было ощущение, что из 18 века сбежал помещик, и вот теперь он ищет свой дом. А меня он поймал, потому что я был похож на его самого нелюбимого крестьянина.

Я плохо помню, о чём мы говорили. Кажется, он назвал меня пижоном, что-то пробубнил ещё, но это было неважно. Всё это время я неотрывно смотрел ему в глаза. Это, конечно, странно устанавливать с незнакомцем столь сильный контакт, но я не мог перебороть себя. Его глаза были крошечными, их выражение совершенно не сходилось с эмоциями, которые выдавал рот. Казалось, будто внутри него сидит ещё один человек, и именно он действительно узнал меня, вспомнил и больше не хотел отпускать.

После этого осознания, мне стало действительно страшно. Я постарался вежливо попрощаться с ним, затем чуть не сорвался на бег и скрылся во дворах той неимоверно длинной улицы.

***

Сейчас я благодарен судьбе. У меня выдался свободный вечер пятницы. Странно, но я не хотел встречаться с друзьями, не решил смотреть фильм и даже не собирался учиться. Я отправился гулять по окрестностям своего района. Я довольно хорошо знаю эту местность, но что-то звало меня к этим улочкам. Вернее, я знал, ЧТО именно звало, но мне было стыдно признаться себе — я снова хотел наткнуться на того чудака, уверовать, что он был реальным. После нашей встречи, во мне проснулось нечто странное. Оно будто жило внутри меня всю жизнь, напитываясь кровью и мыслями.

Я продолжал идти по улице, по дороге захватив пряный кофе. Вокруг люди. Они смеются, угрюмы. С собаками, детьми. Одни, с парой. Потеряны, обретены. Но все они кажутся выдумкой. Вот-вот каждый из них растворится.

Интересно, а какой я со стороны? Что скажет та маленькая девочка, которая рассматривает рукава моей рубашки? Увидит ли она меня так, как вижу её я? Наверное, нет, ведь ей просто нравится моя запонка, которая могла светиться даже без солнца.

Я оторвался от этих размышлений и понял, что совершенно устал. В конце улицы виднелся заброшенный дом. Мне оставалось немного, поэтому я решил дойти до него.

Забавно, что здесь так ничего и не изменилось. Я до сих пор помню по каким камням(а они были гигантских размеров) прыгал Влад, чтобы я его не догнал. Где пряталась Маря, чтобы она смогла выиграть в прятки.

Охваченный мыслями о своём прошлом я присел на скамейку рядом с подъездом этого дома. Он был обветшалым, но совсем не пугающим. У людей это называется естественным старением.

Я наконец-то наслаждался своим общество и почти не думал о том старом безумце.

Сначала я даже и не заметил этого странного грохота. Что-то очень человеческое упало внутри заброшенного дома. Мне сразу стало не по себе. Глаза, ботинки, детские воспоминания — всё это мгновенно начало хоровод в моей голове.

Когда я уже до невозможности накрутил себя(при этом стоял и не двигался, какой же я дурак), из дома вышла девушка.

Удивительная бледность отличала её от остальных людей. Всё её тело было неестественно бело. Даже её платье было цвета кожи. Почему-то её волосы были мокрыми, хотя сегодня не шёл дождь, а в этом доме, совершенно точно, нет водопровода. Но самым странным и страшным являлось не это. Колени девушки были полностью разбиты, в кровь. К её пяткам прилипал песок, впивались камни, до них дотекала кровь. Но она продолжала идти.

Мне было страшно, но я решил помочь ей.

Жутко неловко и совершенно комично выглядела моя помощь. Я подхватил её руки, но она, кажется, этого не заметила, будто она была готова к тому, что воздух(то есть я) сможет уберечь её. Мы оба, находясь в совершенно, неосознанном состоянии сели на скамейку, где ещё минуту назад я сидел один и ценил жизнь. Сейчас же всё было иначе.

Я повернул лицо этой девушки к себе. Мы встретились взглядом. Её глаза были совершенно не похожи на глаза вчерашнего безумца. Взгляд девушки был водянистым, в нём уже почти не читался смысл, но виднелась огромная боль. Боль по утраченному. Я очень хорошо знаю этот взгляд. Он помог мне протрезвиться. Видимо, помог нам обоим, потому что сизые глаза смотрели на меня уже с осмыслением и испугом.

— Пожалуйста, отпустите меня. Я сама виновна в этом. Отпустите меня. Мне ещё не поздно вернуться туда. Отпустите. — она говорила это тихо, но с нарастанием, будто искала поддержку в самой себе.

— Не волнуйтесь(сам я был в панике). Скажите, как вас зовут? Вам нужна помощь.

— Агата...Ааааагата. Меня зовут именно так. — девушка зачем-то протянула заглавную букву своего имени. Выглядело это болезненно и совсем жалко.

Я отодвинул её мокрые волосы, чтобы она могла более чётко видеть меня. Конечно, ни о каком доверии и не могла идти речь, но попытаться я должен.

— Сейчас я окажу вам помощь. Не бойтесь, всё хорошо.

— Мне не нужна помощь. — сказала она неокрепшим голосом. — Отпустите меня, и я никому не скажу, что видела вас здесь.

Конечно, такое заявление обескуражило меня, но было уже поздно. Пока девушка говорила, я вызвал скорую.

— Пожалуйста, я вижу в вас свет, но не склоняйтесь к тьме и пустоте. Отпустите меня. Я прошу вас. Пожалуйста.

Отпустить я её, конечно, не мог. Почему-то именно в эту минуту мне захотелось стать её другом и узнать все тайны. Но этого не произошло, приехали медики.

***

В больнице незнакомку ждали вполне приятные процедуры. Врачи сказали, что кроме ушибов и лёгкого переохлаждения, у неё не было ничего опасного.

Вместе с ней я не остался, мне было страшно. Я понимал, что поступаю совсем бесчеловечно, но ничего поделать не мог. Я надеялся, что врачи будут ухаживать за ней, а затем найдут её родных. С себя я сразу снял ответственность, сказав им, что не знаю её, что просто нашёл эту девушку на улице. Собственно так и было, но я уже чувствовал, как буду ненавидеть себя за это решение.

***

Я шёл своей обычной, никуда не ведущей дорогой. Улица казалась пустынной, хотя её поедала толпа. Идя, я рассматривал свои ботинки, бетон, щели. Было много луж, даже слишком много, чтобы их считать.

Как смешно, что за маской обычного студента скрывается такая непростая личность. Может, даже и не одна.

Сколько лет я скрывался сам от себя?

Не помня как, я оказался в маршрутке.

Я больше ни о чём не думал. Старался не думать. Всё это могло повлечь новые размышления и вопросы.

В полусонном состоянии я услышал крик водителя. И как обычно это бывает, самым уязвимым человек является спросонья. Когда ты ещё не осознаёшь свои действия, но уже пытаешься быть сосредоточенным. Тогда всё и настораживает, кусается, открывает свой настоящий вид.

Я собирался выходить, но услышал странный звук, от которого захотелось бежать. Необъяснимое существо сзади меня пыхтело, улюлюкало, трясло машину, сносило сидения по обе стороны. Так как морально неокрепшее сознание чувствовало себя маленьким и тщедушным, я решил повернуться, чтобы увидеть свою угрозу. В тот же миг стало жутко смешно и страшно. Звуки издавало знакомое нам всем чудовище — человек, вернее, немного полный мужчина. В нём не было совершенно ничего мерзкого, аморального или осудительного. Обычный пассажир обычной маршрутки. Но когда я отвернулся от него, то понял, что передо мной стояла сущность склизкая, зелёная, складчатая, объёмная и разрушающая.

Мир этой небольшой маршрутки поочерёдно исказился в разные стороны, и я стал бежать. Бежать дальше от зелёных слизней, кровавых коленей, бешеных улыбок. Бежать от того, что окружало меня последнюю секунду, длящуюся целую жизнь.

***

Стоя, около подъезда, делая последние шаги, я погружался в зелёный свет лампы. Такой свет я уже видел. Запах краски, которую нанесли только сегодня утром, он в каждой моей клетке. Меня засасывает. Зелень слепит. Что-то изнутри отталкивается, не давая последнего шанса.

Я — стена. Я — свет. Меня нет.

***

Проснувшись утром у себя в кровати, я увидел записку от друзей. В ней говорилось, что вчера я почти дошёл до дома, но замертво упал около подъезда. Судьба сжалилась надо мной, потому что Влад и Маря решили сделать сюрприз и прийти ко мне в гости. Они обнаружили меня и вызвали врача. Оказывается, моя аллергия на лактозу обострилась. И как на зло, в том кофе, что я пил вчера, было плохое молоко.

После этого я позвонил друзьям и рассказал про девушку, которую спас вчера. Они посмеялись надо мной, сказав, что я просто гулял и никого не встречал и уж тем более не спасал.

Не веря им, я позвонил в ту больницу, в которую положили девушку с окровавленными коленями, но там мне сказали, что вчера такой пациентки не поступало.

Мне было так странно и абсолютно одиноко, что я стал винить того старика. Он отобрал у меня последние крупицы разума, он отобрал у меня человека, которого я спас, он отобрал у меня меня. Я больше себя не чувствовал тем, кто начинал этот дневник, хотя прошло лишь два дня.

Было страшно. Страшно признавать себе, что внутри открылось что-то кишащее пустотой и тьмой. Страшно признавать, что оно давно ждало. И вот этот толчок настал. К этому безумию причастен лишь один человек. Ведь каждому присущ свой грех. И мой — я.

***

Листая дневник, на последней странице я увидел корявую запись. Она гласила : «Смотря в темноту, ты обязательно увидишь того, кого желаешь.»

 

11 класс, БОУ «лицей №145»
Наставник: Данилевская ЕкатеринаГеоргиевна, Учитель русского языка и литературы